Shutterstock/FOTODOM Как показало совместное исследование «ДОМ.РФ» и Сколкова, 17% из тысячи проанализированных цифровых решений в строительстве уже используют искусственный интеллект. К 2028 году более 50% девелоперов будут применять ИИ на стройке. Большинство решений сегодня сосредоточено на этапе эксплуатации, на проектирование приходится 3%.
По данным исследования, среди потенциальных эффектов от внедрения ИИ на этапах проектирования и строительства — увеличение точности прогноза выручки (с 40% до 90%), сокращение сроков строительства (на 17%), затрат на фонд оплаты труда (на 14%) и на оборудование (на 12%), снижение дефектов продукции (на 69%), повышение производительности (на 15%).
Конкретные кейсы внедрения нейросетей в работу архитектурных бюро были озвучены на дискуссии «ИИ-соавтор: делегируем рутину или вдохновение?», организованной архбюро «Крупный план» (KPLN) в рамках фестиваля «Зодчество».
Как выяснилось, в некоторых компаниях предварительные концепции уже сегодня сдаются с использованием сгенерированных нейросетями изображений, и клиенты довольны результатом. Отмечается рост применения ИИ для проверки проектной документации через специализированные сервисы. Многие бюро успешно практикуют «ожившие» изображения: динамичные кадры помогают заказчику лучше воспринимать целостный образ проекта.
Сергей Марков (Бюро А4) привел данные международного исследования, согласно которому более 50% архитектурных бюро в мире уже применяют нейросети, но только 10% делают это на постоянной основе. «Между тем, этот инструмент может повысить эффективность, особенно он полезен малому бизнесу в его борьбе с крупными корпорациями. Главный риск сегодня — не использовать нейросети. Если ты не применяешь ИИ, ты делаешь себя медленнее конкурентов», — подчеркивает архитектор. В то же время, с его точки зрения, пока ИИ можно оценить как «молодого неопытного сотрудника». Да, ему можно делегировать задачи, но к результатам следует относиться с долей скепсиса и обязательно проверять. «Вы можете сами заложить ошибку, которую ИИ должен найти, или проверить его, задав вопрос о том, что вы точно знаете», — порекомендовал Николай Фанеев (IND).
Не приведет ли использование нейросетей к унификации архитектурного языка и «стиранию» творческих индивидуальностей зодчих? Тимур Абдуллаев (ARCHINFORM) считает, что такая постановка вопроса неактуальна. По его убеждению, архитектура — не чистое искусство, а «искусство делать лучшее из возможного» в рамках постоянных ограничений, порой весьма жестких. Он назвал нейросети «усилителем сигнала», эффективность которого зависит от профессионализма архитектора. Андрей Киселёв (sintez.space) обратил внимание на парадокс выбора: «Когда мы, архитекторы-перфекционисты, сталкиваемся с генерацией сотен вариантов, главной проблемой становится не создание, а выбор. Если вы не знаете, чего хотите, ИИ вам не поможет».
Обсуждая перспективы «искусственно-интеллектуального» развития архитектурных бюро на 5-10 лет вперед, архитекторы высказали разные мнения. Тимофей Лютомский (РАЗУМ) предположил, что появятся высокоспециализированные копайлоты для сопровождения работы главных архитекторов и главных инженеров проектов, а рутинные операции будут автоматизированы. При этом он, как и другие спикеры, подчеркнул, что юридическая ответственность за проект останется за человеком.
Неожиданную точку зрения высказал Андрей Киселёв, заявив, что в эпоху тотальной цифровой генерации может произойти «ренессанс» аналоговых техник — например, старой доброй ручной графики. По его мнению, владение традиционными навыками через несколько лет может стать мощным конкурентным преимуществом.
«Искусственный интеллект не отменяет нужды в насмотренности и развитом вкусе архитектора. Наоборот, он делает эти качества еще более ценными, становясь фильтром и катализатором идей. Но источником вдохновения по-прежнему остается человек, личность», — подчеркнула Гюльнара Федосеева (KPLN).